tony_nd

О Герте Вилдерсе. Ему 47 лет. Он является председателем и единственным членом нидерландской Партии свободы (PVV). Критика ЕС, ислама и идеи мультикультурного общества способствуют росту поддержки Партии свободы с момента её основания в 2006 году. Во время национальных парламентских выборов в июне партия получила 15,5 % голосов и третье место в общем зачёте. Находящееся у власти правительство, коалиция из правых либералов и консервативных христианских демократов, ассоциируется с Вилдерсом. Его партия официально не входит в правительство, но лидеры в Гааге должны идти на уступки Партии свободы, чтобы остаться у власти. Вилдерс, по собственному признанию друг Израиля и враг ислама, живёт в условиях очень строгих мер безопасности в Гааге.

В интервью журналу "Шпигель" голландский противник ислама Герт Вилдерс обсуждает свою борьбу за запрет Корана, говорит почему канцлер Германии Ангела Меркель не пугается вопроса о иммиграции и высказывает своё убеждение, что нидерландские дебаты о мусульманах в настоящее время пересекли границу Германии.

 

Шпигель : Господин Вилдерс, Вы сказали, что хотите быть сильным человеком позади нового нидерландского правительства, потому что кабинет меньшинства зависит от вашей поддержки в парламенте. Почему Ваша партия, спустя 65 лет после Холокоста, опирается на устаревшие подходы религиозной и расовой дискриминации?

Вилдерс : Мы не поддерживаем религиозной и, конечно, расовой дискриминации. Мы не имеем проблем ни с другим цветом кожи, ни с мусульманами. Наша проблема – ислам. На самом деле мы выражаем то, что многие наши соотечественники чувствуют. По результатам выборов в июне мы стали третьей по силе партией в Голландии. А теперь, согласно опросам общественного мнения, мы уже вторая по силе партия.

Шпигель : Что Вы имеете против ислама?

Вилдерс : Самая большая проблема Европы - не только сегодня, но уже на протяжении десятилетий – это культурный релятивизм. Это привело к сегодняшней ситуации, когда европейцы не знают, чем они должны гордиться и кто они на самом деле – и всё из-за введённых так называемыми либералами и левыми концепций, которые говорят, что все культуры тождественны.

Шпигель : Тождественны или равны?

Вилдерс : Это связано с тем, что описывается прекрасным немецким словом "Leitkultur", означающим доминирующую или руководящую культуру. Я думаю, что мы должны быть горды тем, что наша культура лучше исламской культуры, например. Любой, кто говорит это, не расист, нацист или ксенофоб. Это метки, которые были поставлены на многих людей только потому, что мы считаем ислам идеологией тоталитаризма и насилия. Более идеология, чем религия, он похож на коммунизм или фашизм. Ислам угрожает нашей свободе.

Шпигель : Вы утверждаете, что голландская культура лучше, чем культура исламских стран. Почему Вы сознательно используете сравнения, которые унижают другие религии?

Вилдерс : При сравнении традиций иудаизма, христианства и гуманизма с исламом не нужно быть Эйнштейном, чтобы увидеть разницу. Знаете ли Вы страну на Ближнем Востоке, где исламская культура превалирует и где есть подлинное правовое государство  и независимая журналистика? Где неверующие, женщины и геи могут делать то, что они хотят? На Западе люди отдавали свои жизни за свободы, которыми мы пользуемся сегодня.

Шпигель : Вы не признаёте, что культуры и религии могут быть изменены людьми? Разве это не точно то, как это было с Католической церковью?

Вилдерс : Да, но как много времени это займёт? Я не говорю, что я хочу запретить ислам. Я хочу меньше ислама в Европе, потому что он не оставляет места для дискуссий. Для контраста возьмём иудаизм и жизнь в иешиве, где они обсуждают, каким образом Талмуд должен быть интерпретирован. Однако, любой, кто не верит каждому слову в Коране – неверный. И наказание за это хорошо известно – смерть.

Шпигель : Вы живёте круглосуточно с телохранителями и спите в хорошо охраняемом жилом комплексе, принадлежащем государству. Когда Вы на самом деле встречаетесь с людьми, чьи интересы, по Вашим утверждениям, Вы защищаете?

Вилдерс : Я принимаю участие в избирательных кампаниях. Я показываюсь на улицах. Однако, по общему признанию, это странное зрелище : вокруг меня больше полицейских, чем Вы можете сосчитать. 

Шпигель : Дорогостоящее бремя для голландских налогоплательщиков.

Вилдерс : Да. Но альтернативой будет то, что демократически избранный политик, такой как я, который никогда не угрожал кому-либо смертью, не сможет появляться в общественных местах. В борьбе за свободу голландцев я потерял свою собственную свободу. Я знаю, что не может быть нормальной жизни для меня ни сегодня, ни завтра. Но это цена, которая должна быть заплачена.

"То, что мы наблюдаем здесь, происходит теперь и в Вашей стране"

Шпигель : Вы один из самых ненавидимых политиков в Европе. Но на самом деле Вам нравится, когда Ваши аргументы создают ажиотаж.

Вилдерс : Люди любят или ненавидят меня, равнодушных нет. Моя партия и я угроза для политической элиты во многих странах. Но они нас не остановят. Взгляните на немецкого канцлера Ангелу Меркель, которая пытается создать копию.

Шпигель : Копию Вашей политики, котрую Вы поддерживаете, со всей серьёзностью?

Вилдерс : Меркель испугана, потому что есть опросы общественного мнения, показывающие, что появившаяся в Германии харизматическая фигура, подобная мне, может рассчитывать на 20 % голосов. Я имею в виду фигуру без праворадикального фона, другими словами, идущую не от Республиканцев (REP) или Национал-демократической партии (NPD). Это представляет угрозу для основных политических партий, поэтому они пытаются копировать нас : Меркель заявила, что мультикультурное общество не удалось.

Шпигель : Она также заявила, что ислам принадлежит к Германии, и что мы нуждаемся в дополнительной иммиграции.

Вилдерс : Да, но я никогда ранее не слышал от неё слов, что мультикультурное общество не удалось. И большинство немцев отвергло заявление Президента Кристиана Вульфа о том, что ислам является частью Германии. Это означает, что то, что мы наблюдаем здесь, в Голландии, теперь происходит и в Вашей стране – политическая элита в смятении.

Шпигель : Кого Вы в частности имеете в виду? 

Вилдерс : Глава немецких консерваторов из ХСС, Хорст Зеехофер, не только говорит, что мультикультурное общество мертво, но и что он не хочет больше турецких и арабских иммигрантов. Если бы я сказал подобные вещи в Голландии, я был бы привлечён к суду. Когдая я появился в Берлине в октябре, почти половина немецкого кабинета высказала свои возражения – это ли не знак того, что элита содрогнулась?

Шпигель : Вы сравнили Коран с "Майн Кампф" Гитлера. Вы читали "Майн Кампф"? 

Вилдерс : Да, но не в полном объёме. Коран, в любом случае, имеет больше антиеврейских пассажей. В принципе, это измышления с тоталитарным подходом, который не оставляет места для других мнений. Фашизм, коммунизм и ислам придерживаются того же принципа.

Шпигель : Ваш собственный принцип, вероятно, таков : более радикальное сравнение порождает больше заголовков в новостях.

Вилдерс : Мне не нужны заголовки. Для меня только правда имеет значение.

Шпигель : Правда в том, что Вы разделяете голландское общество : здесь, в Гааге, почти половина жителей происходят из семей иммигрантов, и многие из них мусульмане. И Вы призываете к запрету Корана?

Вилдерс : "Майн Кампф" запрещена в нашей стране. Но Коран хуже с точки зрения разжигания ненависти и насилия. Если бы мои левые "друзья" были бы более последовательными, Коран должен был быть запрещён.

Шпигель : Вы знакомы с этой цитатой из Пророка? "Но этих врагов моих, не желающих, чтобы я был их царём, приведите сюда и избейте их предо мною"?

Вилдерс : Я прочитал много таких пассажей.

Шпигель : Пророк, цитируемый в данном случае, это Иисус. Евангелие от Луки, глава 19, стих 27. Признаёте ли Вы, что существуют также призывы к насилию в Библии?

Вилдерс : Есть жёсткие отрывки в Ветхом Завете; в Новом Завете более умеренный подход. Но основное различие между христианством и исламом в том, что мусульмане верят в то, что Коран содержит дословно слово Божие, это написано в императиве. Это исключает сравнение с христианством.

Шпигель : Вы знакомы с книгой Тило Сарацина. Разделяете ли Вы его мнение, что существуют генетические причины "неполноценности" определённых этнических групп?

Вилдерс : Я не верю в генетические причины, я далёк от этого. Я скорее считаю, что все люди, которые принимают наши ценности, наши законы и нашу конституцию являются полноправными членами нашего общества. Я пойду даже так далеко, чтобы сказать, что большинство мусульман в Европе такие же люди, как ты и я; они имеют нормальную жизнь, нормальный род занятий и хотят лучшего для своих детей. Моя проблема в растущем влиянии идеологии, которая будет нам стоить нашей свободы.

Шпигель : Вы видите немецкого Герта Вилдерса на горизонте?

Вилдерс : Я недавно был в Берлине по приглашению Рене Штадткевица…

Шпигель : …бывшего члена консервативного ХДС, который также призывает к иной интеграционной политике и недавно основал партию, названную "Свобода", и о котором в сущности никто в Германии не слышал.

Вилдерс : Возможно это правда. Но главное для меня то, что я не хочу иметь ничего общего с крайне правыми партиями, такими как немецкие Республиканцы, Национальный фронт Жан-Мари Ле Пена и Британская национальная партия.

Шпигель : Вы отмежёвываетесь от их твердолобых лозунгов, но согласны с ними, когда дело доходит до агрессивного "ухаживания" за голосами среднего класса?

Вилдерс : Мы не хотим иметь ничего общего с этими крайне правыми партиями. На самом деле, после нашего успеха на европейских выборах мы не присоединились ни к одной из фракций в Европейском парламенте. Спросите наших политических оппонентов в Нидерландах : они могут не разделять наше мнение, но они не считают, что Вилдерс и его люди экстремисты. Любой, кто назовёт 2 миллиона голландцев экстремистами, оскорбляет скорее не меня, а избирателей.

"Налог на головную тряпку" всего лишь плохая шутка?

Шпигель : Вы сказали, что Вы не экстремист. И всё же, в то же время Вы призываете к "налогу на головную тряпку", равному 1000 € в год, для женщин, которые носят платки?

Вилдерс : У меня не было возможности завоевать большинство в парламенте для этого. Я заинтересован в общей картине, и снова и снова это предложение высказывается в обществе. 

Шпигель : "Налог на головную тряпку" был всего лишь плохой шуткой? 

Вилдерс : Нет, это не шутка, всего лишь одно предложение среди других. Не забывайте, что мы поддерживаем правительство меньшинства, которое не было бы у власти без нас. А это означает, что в Голландии в скором времени будет запрет на ношение паранджи и громадное сокращение иммиграции. Мы очень успешны.

Шпигель : Что будет с голландскими мусульманами? Те, кто отказываются адаптироваться, в будущем будут отправлены назад?

Вилдерс : Нет, если только они не преступники. 

Шпигель : Новый голландский министр по делам иммиграции, христианский демократ Герд Леерс сравнительно недавно упомянул Вас как "воплощение обычного Интернет-разгребателя грязи (Internet muckrakers)". Было ли столкновение с ним по этому поводу?
 
Вилдерс : Если бы я не говорил с людьми, которые дают мне прозвища, я не мог бы заниматься политикой. У меня был хороший разговор с ним. Я заинтересован в результатах, которых это коалиционное правительство может добиться с нашей поддержкой. Я вижу это с чисто деловой точки зрения. Если правительство выполняет свои обещания, это хорошо. Если нет, то правительство будет иметь проблемы.

Шпигель : Вам порой не стыдно за ненависть, кторую Вы сеете?

Вилдерс : Я не сею ненависть. Я только использую демократические возможности в парламенте.

Шпигель : Это то, что утверждала Австрийская партия свободы, когда она присоединилась к коалиционному правительству в Вене 10 лет назад. Результатом были санкции ЕС. Ничего подобного не случалось в Швеции, Дании и Нидерландах. Кажется, что правый популизм стал социально приемлемым в Европе.

Вилдерс : ЕС было бы не плохо привыкнуть к этой мысли. Моя партия не будет последней, появившейся здесь. Датская народная партия поддерживает правительство меньшинства последние 9 лет, и никто в Европе не жалуется на это. 

Шпигель : Вы решительно высказались против вступления Турции в ЕС. Каков взгляд голландского правительства на подготовительный процесс, ведущий к вступлению в ЕС Боснии и Герцеговины и Косово, которые имеют большое мусульманское население? 

Вилдерс : Это рассматривается в коалиционном соглашении. Но моя партия отвергает любые формы расширения ЕС. Мы будем голосовать против всех дополнительных кандидатов, включая Хорватию. В этом случае правительству придётся искать своё большинство где-то в другом месте. Прежде всего мы будем голосовать против принятия Турции – да, это сосед, но не член семьи. Если бы не армия, исламисты правили бы без противовесов благодаря партии Реджепа Тайипа Эрдогана. И когда-нибудь мы получим троянского исламского коня в ЕС, и внешние границы с такими преступными государствами, как Сирия и Иран. 

Шпигель : Такого никогда не существовало до появления Герта Вилдерса : партия одного человека имеет право голоса в судьбе государства-члена ЕС. Вы единственный член, председатель, лидер парламентской фракции и казначей Партии свободы (PVV), основанной Вами. Всё будет оставаться так же?
Вилдерс : Скоро мы обсудим внутри парламентской фракции, должны ли мы принимать новых членов партии. Мы хотим избежать того, чтобы нехорошие люди взяли нашу партию в заложники.

Шпигель : Не кажется ли Вам, что Ваша партия сражается не в той битве – во имя Западной цивилизации, которая заметно страдает от старения населения, демографического спада и недовольства политическими партиями?

Вилдерс : Демографическое развитие, действительно, отрицательное. На днях я читал, что в Англии в прошлом году наиболее часто выбираемое имя для детей было Мухаммед. Я ничего не имею против детей мусульман. Но если теперь Мухаммед самое любимое имя англичан, мы имеем проблемы. Европа должна подняться, и, объединив усилия, сказать исламскому миру : хорошенького понемножку, мы будем защищать себя демократическими способами.

Шпигель : Господин Вилдерс, спасибо за это интервью.

Беседовали Вальтер Майр и Рене Пфистер.


Фотографии

 
Голландский политик и критик ислама Герт Вилдерс утверждает, что дебаты о мусульманах теперь пришли в Германию. "Меркель испугана – сказал он в интервью "Шпигелю", - потому что есть опросы общественного мнения, показывающие, что появившаяся в Германии харизматическая фигура, подобная мне, может рассчитывать на 20 % голосов. Я имею в виду фигуру без праворадикального фона, другими словами, идущую не от Республиканцев (REP) или Национал-демократической партии (NPD). Это представляет угрозу для основных политических партий". 
 

 
Голландский политик сказал : "В Голландии в скором времени будет запрет на ношение паранджи и громадное сокращение иммиграции. Мы очень успешны".


"Люди любят или ненавидят меня, равнодушных нет. – Сказал Вилдерс. – Моя партия и я угроза для политической элиты во многих странах. Но они нас не остановят. Взгляните на немецкого канцлера Ангелу Меркель, которая пытается создать копию".


11 сентября 2010 г. Вилдерс появился около Ground Zero в Нью-Йорке в знак протеста против строительства исламского культурного центра. "На днях я читал, что в Англии в прошлом году наиболее часто выбираемое имя для мальчиков было Мухаммед. – Сказал Вилдерс. - Я ничего не имею против детей мусульман. Но если теперь Мухаммед самое любимое имя англичан, мы имеем проблемы".



Вилдерс живёт под усиленной охраной в столице Нидерландов, Гааге. Уже много лет его имя в списке приговорённых к смерти исламскими экстремистами, убившими режиссёра Тео ван Гога.